Г. И. Брехман

Междисциплинарный клинический центр университета города Хайфа

Израиль

Предисловие

Пренатальная и перинатальная психология (ППП) — современное научное направление, изучающее эмоциональное восприятие плода (пренейта), его память и влияние воспринятых во время беременности и родов впечатлений на образ мышления, эмоциональные проявления и стиль поведения ребенка и взрослого человека в течение всей его последующей жизни. ППП включает себя два раздела: фундаментальный прикладной. Фундаментальный (теорутический)—изучает феномен сознания и бессознательного пренейта, пути и механизмы обмена информацией меж­ду матерью и пренейтом, механизмы фиксации в памяти впечатлений, полу­ченных пренейтом, и их проявление (ос­вобождение) в постнатальной жизни, участие генетических, эпигенетичес­ких и гуморальных факторов, механиз­мы возникновения психологических и психосоматических расстройств, теоре­тические основы их профилактики и ле­чения, др. Прикладной (практический) раздел занимается профилактикой и лечением последствий пренатальных и перинатальных травм, дородовым воспитанием пренейта и родителей, психо­профилактической подготовкой жен­щин к родам, др.

В данной лекции приведены некото­рые факты истории пренатальной и пе­ринатальной психологии и некоторые наиболее надежные научные исследо­вания, проведенные по этой проблеме в университетах и научных центрах Ев­ропы и Америки.

Первые догадки

В настоящее время имеется много свидетельств в пользу того, что плод обладает эмоциональным восприяти­ем и активно функционирующей па­мятью. Если соблюдать хронологию, то в современной истории пренатальной и перинатальной психологии первым всерьез заговорил о памяти рождения австрийский психоаналитик Отто Ранк (О. Капк), ученик и сподвижник 3. Фрейда. Он собрал материал и имел мужество опубликовать его в виде монографии «Травма рождения» в 1924 г.; О. Ранк доложил результаты своих исследований на заседании Венского психоанатитического общества, и может быть, ему бы это простили, но его упор ное утверждение, что устранив последствия родовой травмы, можно избавить пациентов от невроза, вызвало бурю негодования: все они знали, что неврозы являются результатом травм детей по­сле рождения (по Фрейду), а докладчик предлагает им учитывать психологиче­ские травмы плода, мозг которого вооб­ще еще не содержит никакой информа­ции. Опережать время—опасно! За это можно лишиться головы, в лучшем слу­чае — быть исключенным из Венского психоаналитического общества…

После этого скандала в течение 50 лет психоаналитики и другие специ­алисты избегали касаться темы психи­ческой жизни плода. Нельзя сказать, что О. Ранк был одинок в своих утверж­дениях. Его взгляды разделял венгер­ский психоаналитик Шандор Ференци (3. Регепса), высказавший идею об инстинктивном желании индивида к возвращению в материнское лоно.

Приход фашизма в Европу и разгром психоаналитической школы приоста­новили исследования в этом направле­нии. Лишь отдельные ученые продол­жали присматриваться к этой проблеме и накапливать свои наблюдения. Од­ним из них был швейцарский психолог Ганс Густав Г]эабер (И.О. ОгаЬег), кото­рый на основании своих исследований обнаружил, что ребенок помнит не только то, что происходит во время рождения, но и события, произошед­шие с ним и матерью во время беремен­ности [3]. Он и стал инициатором прове­дения первой Международной конфе­ренции по пренатальной психологии в Вене в 1971 г. Там было признано целе­сообразным сформировать Междуна­родную научную группу для дальней­шего изучения интригующего вопроса о психической жизни ребенка до рожде­ния. С этого года ведется отсчет научно­го становления ППП.

Плод как индивидуальность

В том же 1971 г. на другом континен­те Земли известный новозеландский педиатр Уильям Лайли был приглашен с докладом "Плод как инди­видуальность" на 8-й Ежегодный конгресс психиатров Австралии и Новой Зеландии. Его доклад представляет интерес с точки зрения суммы знаний о плоде специалистов того времени, кото­рое считается стартовым в отношении научного развития ППП. Лайли начал свой доклад словами: "Не я выбирал на­звание этого доклада. Если бы выбирал я, то был бы более осторожен в выборе слов. Плод — это часть моей медицин­ской практики, а индивидуальность — часть вашей практики". И дальше Лай­ли привел обнаруженные к тому време­ни с помощью клинических и новых тогда методов исследования (ультра­звук, кардиография, элекроэнцефало-графия, др.} факты, свидетельствую­щие о том, что плод является активным, развивающимся индивидуумом, отве­чающим на стимулы окружающей его среды, обладающим способностью к пе­ремещению, глотанию и т.д. Он полагал, что приведенные данные характеризу­ют плод как индивидуальность. На по­ставленные вопросы: "Имеются ли ка­кие-либо свидетельства или предполо­жения, что плод что-то узнал в матке?", "Могут ли материнские эмоции — вос­торг, страх, тревога — быть сообщены плоду и оказывать на него влияние?" Лайли ответил: "Конечно, при внезап­ном изменении материнских эмоций можно обнаружить резкие изменения в частоте сердцебиений плода… но пока мы не имеем данных, обучается ли плод в матке, воспринимает ли он страх или беспокойство беременной матери? Да­же если он воспринимает только следст­вия этих беспокойств матери, это не приводит к каким-либо негативным по­следствиям". Как видим, доктор Лайли не привел даже догадки и данные пси­хоаналитиков Европы в отношении психической жизни человека до рожде­ния. Может быть, не знал, и потому го­ворил только о физиологических, функ­циональных процессах.

К сегодняшнему дню считается уста­новленным, что к 7-ми неделям от мо­мента зачатия человек морфологически сформирован, а все его органы по мере формирования одновременно начина­ют функционировать в пределах, соот­ветствующих уровню развития. Начи­ная с первого триместра, эмбрион-плод начинает воспринимать органами чувств информацию и реагировать на нее. Ко второму триместру все виды чувствительности—тактильная, вкусовая, зрительная, слуховая, вестибуляр­ная — активно функционируют. Это свидетельствует о достаточном разви­тии и функции мозга, и нервной систе­мы в целом. С появлением ультразвуко­вых аппаратов оказалось возможным документировать эмоциональные ми­мические реакции эмбриона и плода с 8—14 недель. Вместе с тем, остаются дискутабельными не только происхож­дение таких мимических реакций, но и более серьезные и фундаментальные вопросы психического функционирова­ния плода.

Сопоставительный анализ независимых исследований

В 1975 г. американский психолог и психиатр чешского происхождения Станислав Гроф (5. Ого!) опубликовал свою первую книгу "Области человечес­кого бессознательного", где обобщил огромный опыт лечения пациентов с помощью психотерапии и ЛСД. По его свидетельству, после многих колебаний он решил обнародовать свое отношение к полученному материалу, который ука­зывал на наличие у людей эмоциональ­ного восприятия и памяти до рождения. Дородовые впечатления, оставшиеся в памяти, проявлялись в виде различных психологических проблем, по поводу ко­торых эти пациенты обращались к нему для лечения.

Анализ материала позволил ему сформулировать теорию базовых пери­натальных матриц (БПМ), которая по­стулирует существование гипотетичес­ких динамических матриц, относящих­ся к перинатальному уровню бессозна­тельного и управляющих мыслитель­ными и поведенческими процессами человека после рождения. Гроф выде­лил 4 перинатальные матрицы в зави­симости от времени их формирования: БПМ-1 — беременность, БПМ-П — 1-й период родов, БПМ-Ш — 2-й период ро­дов, БПМ-ГУ — рождение ребенка и от­деление от матери. Матрицы включают впечатления, полученные в каждом из этих периодов, в последующем они мо­гут определять судьбу человека. По сло­вам Грофа то, "…как человек родился, влияет на его взгляд на жизнь, соотно­шение оптимизма и пессимизма, его от­ношение к другим людям, способность противостоять ударам судьбы и доби­ваться своей цели".

В это же время греческий психиатр Афанассиос Кафкалидес (А. Ка&аШез) вел свои исследования, также исполь­зуя в психотерапии ЛСД. Все лечебные сессии он записывал на аудиокассеты, затем расшифровывал и анализиро­вал, у части — сопоставлял с анамне­зом матерей пациентов. Его книга "Знания из лона" включает доку­ментальное описание страданий, кото­рые испытывали клиенты во время сессий, когда восстанавливались чув­ства, пережитые во время пренаталь-ного периода их жизни, и которые от­крывались под воздействием ЛСД. Они сами постепенно, от сессии к сессии начинали осознавать, что эти чувства идут из дородового периода и являют­ся памятью о материнских чувствах. Например, особо тяжелые пережива­ния он наблюдал у пациентов, родив­шихся нежелательными, испытавши­ми внутриутробно отвержение своей матери, о чем до лечения они не дога­дывались. Другие — неожиданно для себя — обнаруживали свою нежела­тельность по полу и начинали пони­мать, откуда у них сексуальные пробле­мы и т.д. Раскрытие истоков психоло­гических проблем оказывало мощное лечебное воздействие, что оценива­лось автором как подтверждение ре­альности воспоминаний о пережива­ниях, содержащихся в клеточной па­мяти, а не галлюцинациями или фан­тазиями под воздействием психодели­ков. Выступая с лекциями в Австра­лии (Университет Ново-Южного Уэль­са, Сидней, 1983), А. Кафкалидес гово­рил: "…Картезианская научная мето­дология спросит: Каковы объективные критерии, доказывающие, что внутри­утробные переживания действительно имели место, а не являются результа­том искаженного восприятия? …Но нет аппарата, способного измерить степень человеческого горя или психи­ческой боли, степень правдивости то­го, что человек говорит о своем про­шлом опыте… С 1965 г. я убедился, что психоделики активизируют "следы па­мяти" переживаний прошлого, и сде­лал вывод, что то, что человек испыты­вает и говорит под действием психоделика, является для него субъективной правдой".

Английский психиатр Фрэнк Лэйк, используя ЛСД и психо­терапию, получил подобные результаты и попытался разобраться в них в книге "Сжатая неразбериха: исследование пре- и перинатальной парадигмы" .

Три психиатра, пользуясь одними и теми же методами почти в одно и тоже время в разных странах, не зная друг друга, пришли к выводам, которые од­нозначно указывали на реальность до­родовой памяти у человека. Имелись и различия в интерпретации полученных результатов. Если Гроф уделил основное внимание впечатлениям от родового процесса, то Кафкалидес говорил о вли­янии материнского стресса на плод в те­чение всей беременности, а Лэйк счи­тал наиболее важным первый три­местр — то, как мать, родители воспри­нимают известие о наступившей бере­менности.

Реакция плода на изменение эмоционального состояния матери

Специалисты с пониманием отно­сятся к утверждениям женщин о том, что плод "брыкается", "пинается", когда они нервничают, объясняя такие дви­жения случайными рефлексами. Но специальные исследования, проведен­ные в Леувенском университете в Бель­гии, показали, что повышенная двига­тельная активность плода связана с увеличением уровня тревожности мате-ри.

Наши исследования обнаружили, что тазовое предлежание плода досто­верно чаще сочетается с повышенным уровнем тревоги (методы Спилбергера и Тэйлор) и повышенным уровнем не­вротизма (метод Айзенка), а примене­ние метода психоалектрорегуляции (ра­циональная психотерапия и электро-транквилизация аппаратами ЛЭНАР, конструкции Э.М. Каструбина) позво­лило у большинства исследованных женщин изменить предлежание плода с тазового на головное. Последующие ис­следования показали, что разгибатель-ные предлежания головки, поперечное положение плода связаны с серьезны­ми социально-психологическими кон­фликтами матерей. Рациональная психотерапия, проводимая ТА. Малы­шевой, у ряда пациенток позволяла вос­становить положение и предлежание плода. Все это можно рассматривать как подтверждение идеи, что не родив­шийся ребенок в конфликтной ситуации реагирует своим телом или конеч­ностями, а устранение конфликта и восстановление эмоционального состо­яния матери способствует восстановле­нию головного сгибательного предле-жания.

С 1994 г. мы начали изучение реак­ций плода, не столь заметных внешне. Записывая кардиограммы плодов, мы давали беременным женщинам прослу­шать записи коротких детских песенок. Как только менялась мелодия, а с ней и эмоциональное восприятие женщиной песенок, так тут же изменялась частота сердцебиений ребенка. Такие же резуль­таты наблюдались и тогда, когда мы предъявляли женщинам другие эмоци­ональные стимулы. Подобные дан­ные были получены в Колумбийском университете Нью-Йорка С. Monk et al., которые нашли еще и параллельные из­менения частоты пульса матерей, что подтверждало синхронные реакции сердечной деятельности матери и плода в ответ на психические стимулы.

Реальность памяти плода. Анализ отдаленных результатов

Реакции плода на различные стиму­лы показывают, что он обладает воз­можностью воспринимать информа­цию, идущую из внешнего для него ми­ра. Но сохраняет ли он ее в памяти? Клинические наблюдения и исследова­ния показывают, что в памяти плода со­храняется не вся воспринимаемая ин­формация. Эмбрион-плод способен за­поминать наиболее эмоционально пе­реживаемые вместе с матерью впечат­ления. Позитивные события способст­вуют проявлению полученных с генами предрасположенностей и талантов, а дистрессы матери могут стать препят­ствием для умственного развития пло­да, нанести непоправимый ущерб его здоровью и последующему психофизи­ческому развитию ребенка.

Клинические исследования, прове­денные в университетах и клиниках США, Англии, Нидерландов, показали, что пренатальный стресс может вызы­вать нарушения психомоторного раз­вития детей, которые обнаруживались при исследованиях в 4 и 8 месяцев, в 8 и 9 лет после рождения.

До последнего времени психиатры и акушеры больше знали о существова­нии послеродовой депрессии, а между тем, депрессия женщин во время бере­менности — не такое уж редкое явле­ние, она формирует склонность к де­прессии у ребенка. Новорожденные, ро­дившиеся от матерей с депрессией, имели низкую оценку по шкале Апгар и чаще требовали мер по оживлению. Они чаще плакали, и их труднее было утешить. Чем более выраженной бьша депрессия у матери, тем более раздра­женными были дети. В последующем эти дети более склонны к курению, упо­треблению алкоголя и наркотиков.

Одной из проблем, с которой сегодня встречаются родители, является гипер­активность детей, их импульсивность, дефицит внимания, неспособность обучаться, необходимость принимать наркотики для уменьшения возбудимо­сти. Все это составляет синдром ADHD (Attention deficit hyperactivity disorders). Оказалось, что тревога мате­рей в 12—22 недели беременности по­вышает риск развития синдрома А1Э1ГО у их детей в 8—9 летнем возрасте.

Пренатальный стресс может быть причиной тяжелых психических забо­леваний типа неврозов и психозов. Они могут проявляться в виде навязчивых состояний, фобий, страхов, обнару­живаемых в детстве в виде боязни тем­ноты, пауков, змей, а иногда очень нео­бычные и экзотические фобии — типа боязни звонков, текущих кранов, др. Наши наблюдения поддер­живают мнение о том, что эмоциональ­ные переживания матерей во время бе­ременности могут быть одним из фак­торов риска возникновения шизофре­нии и биполярных аффективных расст­ройств.

Пренатальный стресс может стать причиной психосоматических расстройств, таких как астма, мигрень, ней­родермит, расстройство речи, заика­ние, гшлоростеноз, энурез, др.

Сексуальные проблемы также мо­гут иметь пренатальные корни. Если мысли матери в течение беременности находятся в противоречии с реальным полом развивающегося в ней плода, он после рождения (начиная с периода по­лового созревания) на уровне бессозна­тельного может почувствовать психоло­гический дискомфорт в отношении сво­ей половой самоидентификации. С на­чалом половой жизни могут обнару­житься различные проблемы (импотен­ция, фригидность, диспареуния, транс­сексуальные тенденции, др.). Имеет значение и отношение беременной женщины к половой жизни: принужде­ние ее к сексу может отрицательно ска­заться на половой функции ее ребенка в последующем .

Перинатальная психология открыла проблему психологии нежелательных детей. Их обобщенный психологичес­кий портрет включает такие характери­стики, как сниженная жизнерадост­ность, повышенная обидчивость, сни­женная самооценка, высокая зависи­мость, заостренная потребность в при­знании: иногда криминальные способы реализации этого, недоброжелатель­ность, плохо сформированное чувство привязанности и отзывчивости, скры­тая депрессия, неврозы, психопатичес­кие черты. Конечно, не все дети обладают перечисленными здесь качествами, и степень их выраженности также явля­ется различной. Между тем, они часто страдают от трудностей общения, и не­редко у них возникают конфликтные отношения с окружающими.

Особое внимание перинатальных психологов привлекает повышенная агрессия и насилие в связи с возмож­ностью включения в память плода впе­чатлений от эмоционального непри­ятия беременности матерью, мыслен­ного отвержения ею еще не родившего­ся ребенка, попыток сделать аборт. По данным американского психотерапев­та У. Эмерсона, такие дети даже ро­довой процесс воспринимают как наси­лие. Если же после рождения отверже­ние продолжается, или они испытыва­ют по отношению к себе безразличие, а тем более насилие, то у них могут сфор­мироваться насильственные тенден­ции в поведении: они склонны к не­управляемым вспышкам ярости и гне­ва, домашнему насилию.

Память рождения

Дети запоминают не только особо эмоциональные события во время бе­ременности, но и свое рождение. Науч­ные исследования этого вопроса про­вел американский гипнотерапевт D. Chamberlain. Он отобрал 10 пар мать-ребенок (средний возраст ребенка 9—23 года) при условии, что ни мать, ни кто бы то ни было другой не рассказы­вали ребенку детали его рождения. С их согласия в разное время он проводил с ними сеанс ребефинга, возвращая к мо­менту родов. В состоянии гипноза они вспоминали о происходящем в родовой комнате, а их рассказы записывали на магнитную ленту. После расшифровки исследователь сопоставил протоколы: они совпадали в деталях.

Оказалось также, что дети запоми­нают не только свое рождение, но и вме­шательства акушеров в этот процесс. Голландский этолог, Нобелевский лауре­ат N. Tinbergen, изучая детей с аутиз­мом, привел перечень факторов, пред­располагающих к этому состоянию или усиливающих его симптомы. Среди них: искусственное родовозбуждение, роды с анестезией, пгигшы, реанима­ция после родов. Его данные были подтверждены японским психиатром К. Hattory. Исследования, проведен­ные в Австралии [45], показали, что ча­стота аутизма после кесарева сечения до наступления срока родов в 2 раза вы­ше. Значимыми факторами были так­же эпидуральная анестезия, задержка первого вдоха, оценка по Апгар ниже 7 баллов, искусственное родовозбужде­ние. Масштабное шведское исследование подтвердило роль кесарева се­чения в возникновении аутизма, а так­же значение таких факторов, как куре­ние в первые три месяца беременности, кровотечения во время беременности, задержка внутриутробного развития. Представленные данные требуют осно­вательной проверки, поскольку авторы указывают на многофакторность воз­действия, а в этом случае может иметь значение феномен эмерджентности.

Экспериментальные исследования

Одним из важных аспектов станов­ления перинатальной психологии как науки являются экспериментальные исследования. Проф. M. Schneider с со­трудниками из Университета Вискон­син-Мэдисон (США), предпринимая экспериментальные исследования с приматами и грызунами, попыталась ответить на следующие вопросы: "Ока­зывает ли неблагоприятное действие внезапный ежедневный психологичес­кий стресс во время беременности на ее продолжительность, вес при рождении потомства, его поведение и реакцию на раздражение после рождения?", "Суще­ствует ли период повышенной уязвимо­сти при действии пренатального стрес­са?", "Действительно ли материнские стресс-гормоны являются существен­ной частью механизма действия прена­тального стресса на потомство?", "Воз­действует ли на плод сочетание прена­тального стресса с другими потенци­ально негативными факторами типа алкоголя?", "Соблюдается ли непрерыв­ность в отношении познавательной функции между эффектом в младенче­стве и в последующем?".

Исследователи с помощью грамотно поставленных экспериментов обнару­жили, что по сравнению с контролем у "пренатально стрессированных" обезь­ян наблюдались более выраженное тре­вожное поведение и более высокие уровни стресс-гормонов, что коррели­ровало с предшествующей рождению активацией эндокринной функции у матерей. Периодами повышенной уяз­вимости (при острых звуковых воздей­ствиях) являются ранние сроки бере­менности (в отношении влияния на вес при рождении и поведение после рож­дения) и вторая половина беременности, но в случае хронического стресса. Если пренатальный стресс сочетался с воздействием алкоголя на плод, то об­наруживались наиболее неблагоприят­ные эффекты на вес при рождении и по­ведение. С использованием позитронно-эмиссионной томографии исследо­ватели обнаружили, что пренатальный стресс нарушал допаминовую функцию полосатого тела мозга приматов и, соот­ветственно, — реакции, связанные с этой областью, на стимулы. Имелась су­щественная ассоциация между задерж­кой двигательного созревания, умень­шенным вниманием новорожденных, их замедленным обучением, нарушени­ем регулирования эмоций и неспособ­ностью к обучению в юности, показы­вая определенную непрерывность меж­ду ранним и позднейшим дефицитом у потомков.

Особый интерес представляют экс­перименты, в которых стресс воспроиз­водился до зачатия. Ученые Универси­тета Хайфы (Израиль) обнаружили, что стресс, перенесенный крысами в тече­ние недели перед зачатием, приводил к рождению детенышей с патосоциальным поведением. Как видим, экспе­риментальные исследования под­тверждают клинические данные.

Поведение человека зеркально от­ражает пренатально воспринятые впечатления. Нередко конкретная ин­формация позволяет лучше понять то или иное утверждение. Поэтому неслу­чайно перинатальные психологи не стесняются в лекциях давать примеры из практики. После лекций по перина­тальной психологии слушатели, возвра­щаясь к периоду беременности, начи­нают догадываться о происхождении непонятных особенностей поведения своих детей или своих личных привы­чек. Приведу несколько собственных наблюдений.

Женщина А. длительное время не могла понять, почему ее сын в периоды напряжения или раздумий рисует гео­графические карты. Оказалось, что во время беременности им она оканчивала геодезический институт и с большим волнением выполняла дипломную ра­боту, требовавшую рисования геогра­фических карт

Женщина Б. длительное время не могла понять, почему ее сын не может слышать хруста кусаемого яблока. И вспомнила, что во время беременности у нее был сильнейший всплеск эмоций (истерика), когда она неожиданно обнаружила, что муж (тоже студент) съел весь килограмм яблок, купленный ею для себя на последние деньги. После рождения девочка часто бес­причинно плакала до 4-летнего возрас­та. В конце беременности ею трагичес­ки погиб ее отец, и мать была в глубоком трауре.

Конечно, подобные наблюдения нельзя рассматривать как научные факты, а лишь как информационный повод для привлечения внимания к воз­можной проблеме.

Заключение

В обзоре представлена лишь малая толика того, что сегодня стало известно о психической жизни ребенка до рожде­ния. Суммирование этих данных позво­ляет сделать предварительное заключе­ние о том, что:

1) эмоциональное восприятие и до­родовая память неродившегося ребенка являются реальностью;

2) эмоциональные переживания ма­тери во время беременности и родов, воспринятые и зафиксированные в па­мяти пренейта, составляют бессозна­тельное человека и воспринимаются им как его собственные;

3) эти бессознательные чувства мо­гут управлять мышлением, эмоциями и поведением после рождения в течение всей жизни человека;

4) серьезные психосоциальные стрессы во время беременности, нега­тивное отношение матери и окружаю­щих к неродившемуся ребенку могут нарушить его психическое и физичес­кое развитие и оставить глубокий след в бессознательной памяти. После рож­дения по мере роста ребенка получен­ная травма начинает проявляться в ви­де психологических и психосоматичес­ких проблем, нарушающих нормаль­ное функционирование человека, а вместе с ним его близких, окружающих людей.

Значение эмоциональных впечатле­ний, полученных ребенком до рожде­ния, для всей его последующей жизни трудно переоценить. Они не могут быть изъяты из клеточной памяти. Усилия психотерапевтов могут лишь ослабить их влияние. К сожалению, мир, в кото­ром мы живем, не всегда бывает добро­желательным, способствующим разви­тию способностей и талантов, переданных ребенку с генами родителей и пред­ков. Молодые родители, являясь частью современного человеческого общества, подвержены социально-психологичес­ким стрессам, что сказывается на их по­томстве, на следующем поколении лю­дей. Психически и/или физически больной ребенок — это не только стра­дания его и его семьи, но и общества. Вот почему важно осознать, что бере­менность и роды — это уникальное время для первичной профилакти­ки нарушений психического и физи­ческого здоровья ребенка. Знание этого должно стать достоянием населе­ния и профессионалов, в особеннос­ти — акушеров и акушерок. К сожале­нию, свою лепту негативной информа­ции вносит акушерская агрессия. Я убежден, что в ближайшее время возобладает здравый смысл, и произой­дет серьезная коррекция философии и технологии родовспоможения в сторону зашиты еще не родившегося ребенка с момента зачатия путем полноценного медико-психологического сопровожде­ния женщин во время беременности и родов, и определенно — в пользу естест­венного родоразрешения. Профессио­нальное обучение специалистов, сопри­касающихся с беременными (акушеров, акушерок, психологов), уже сейчас должно включать релевантную инфор­мацию о достижениях последних деся­тилетий в области изучения психичес­кой жизни ребенка до рождения и влия­нии стресса во время беременности и родов на потомство.

Принимая положения перинаталь­ной психологии об эмоциональном восприятии и памяти еще не родивше­гося ребенка, члены семьи и ее окруже­ние будут контролировать свои мысли и чувства, цензурировать свои слова и поведение, чтобы не вносить в память пренейта негативные впечатления. Они смогут сознательно обогащать его позитивной информацией с самой ранней фазы его жизни. Общество должно позаботиться о создании зоны комфорта вокруг молодых семей, пред­полагающих иметь детей или беремен­ных ими. Такой подход определенно сделает каждого рождающегося чело­века счастливым, любящим себя и ок­ружающих, уверенным в себе, менее насильственным и более дружелюб­ным. Все это будет способствовать гар­моническому развитию общества в це­лом.

Комментарии запрещены.

...